The Ring: всё об известнейшем хоррор-цикле

Начну с простого: The Ring был первым фильмом, которому удалось меня впечатлить (именно поэтому я оставил его «десятку» на кинопоиске). То ли из-за моей тогдашней любви к архетипу, который был представлен персонажем Дэвей Чейз, то ли из-за концовки, которая для меня оказалась действительно неожиданной — какая, впрочем, разница? Заинтересовавшись фильмом, я обнаружил, что Ring — это огромных масштабов медиа-феномен с изрядным фэндомом, и в течение 2003-2005 годов тщательно изучал все доступные произведения «по мотивам». Даже всю мангу скупил. В итоге написал в «Страну Игр» большую статью про всё, что когда-то вычитал и просмотрел. Пять лет назад опубликовал ее в ЖЖ, а сейчас неплохо «поднять» ее и сюда, даром что через полгода новый американский фильм выйдет.

Первым делом сразу хочу подчеркнуть: нет, The Ring – это не «Звонок». Действительно, «to ring» означает «звонить», однако в качестве существительного это в первую очередь «кольцо». Бесспорно, именно двойное значение слова «ring» заставило Кодзи Судзуки выбрать его в качестве названия своего романа. Тем не менее, сам автор отметил, что чем дальше продвигался сюжет, тем больше и больше в истории появлялось элементов, так или иначе связанных с кольцами. Увы, наших локализаторов это все не смутило – «Звонок» и все тут. Безумно смешно читать вынесенную на обложку книги цитату Судзуки: «Если первые две книги – «Звонок» и «Спираль», то последняя не может называться иначе чем «Петля»». Абсурд, да и только.


Стыд и срам, например

 

Также стоит предупредить, что текст не просто содержит спойлеры, а состоит из них чуть менее, чем полностью. Поскольку большинство людей знают о «Кольце» исключительно благодаря американскому фильму, но, возможно, интересуются всей франшизой в целом, я решил достаточно подробно рассказать практически о каждом продукте, выходившим под названием «Ring».

Книги

История «Кольца» (Ring, опубликована в 1991-м) начинается с 1989 года, когда начинающий автор Кодзи Судзуки принялся за написание своей второй книги. Он ничего не планировал заранее, сюжет придумывался на ходу. «Что, если четверо человек умерли в разных местах в одно и то же время?» – с этой мысли все и потянулось. Что могло объединять этих людей, что могло стать причиной их гибели? Яд? Нет, слишком материально. Злой дух? Нет, не в наше время. Вирус? Как он может передаваться? Тут взгляд автора упал на лежащую на столе видеокассету. Что же на ней? Не какая-то внятная, последовательная история, но лишь цепь бессвязных фрагментов. Судзуки постарался отойти от формальной логики и законспектировал все мысли, что пришли ему в голову.

Призадуматься над трактовкой странной видеозаписи Судзуки пришлось вместе со своим героем – до самого конца он так и не знал сам, чем закончится книга. А это значит, что и для читателя развязка будет неожиданной! Разве ж кто-нибудь мог предположить, что смертоносная видеозапись будет создана с помощью «мыслеграфии» – проецирования образов из подсознания человека прямо на бумагу (или, как в данном случае, пленку)? Судзуки, заинтересовавшись этим явлением, изучил биографию профессора Фукурая, и она определенно вдохновила значительную часть сюжета книги.

А историю книга рассказывала занятную. У главного героя, Кадзуюки Асакавы, при таинственных обстоятельствах погибла племянница Томоко, а он сам случайно оказался свидетелем ровно такой же смерти другого подростка – необъяснимой и, казалось бы, беспричинной. Пытливый Асакава обнаружил, что Томоко с друзьями (каждый из которых погиб одновременно с ней, будучи при этом в совершенно другом месте) за неделю до смерти вместе посетили дом отдыха. Асакава отправляется туда же и, пытаясь выискать что-нибудь странное, обнаруживает видеокассету.

«Смотреть до конца. Мертвец сожрет тебя». Описание таинственной видеозаписи в русском издании книги занимает добрых девять страниц, и, пожалуй, это лучшие девять страниц во всем романе. Образы, символы и сцены, сменяющие друг друга, описаны столь подробно, что кажется, будто смотришь кассету вместе с Асакавой. Видео заканчивается обрывающимся на самом важном месте сообщением: умрешь ты, дескать, через семь дней, если не сделаешь… На место инструкций шкодливые приятели Томоко записали рекламу – гадай теперь, Асакава, как тебе выжить! В подтверждение серьезности угрозы звенит телефон, но из трубки доносятся лишь какие-то невнятные, нечеловеческие звуки.

Асакава, окончательно убежденный в серьезности проклятья с пленки, ищет помощи у своего старого приятеля Рюдзи Такаямы. Рюдзи – персонаж на редкость одиозный: он работает преподавателем философии, сожительствует со своей студенткой Маи Такано и при этом хвастается, что насилует школьниц от нечего делать и с нетерпением ждет апокалипсиса. Циничный мизантроп Такаяма становится главной движущей силой на пути к разгадке смертоносной тайны. У Асакавы тем временем появляется дополнительный стимул: его жена с маленькой дочкой случайно просматривают кассету – а, значит, таймер тикает и для них.

Расследование дает товарищам имя «подозреваемой» – Садако Ямамура. Они выясняют, что ее мать, Сидзуко, была ясновидящей с тех пор, как в молодости достала со дня океана статую таинственного Эн но Одзуну (жившего в VII веке аскета, почитаемого как боддхисатва). От матери мистические силы унаследовала Садако – так она и смогла спроецировать мысли на пленку. Девушка, однако, пропала при таинственных обстоятельствах два десятка лет тому назад.

Удивительные открытия сыплются одно за другим: оказывается, на том месте, где Асакава смотрел злосчастную видеокассету, раньше вместо дома отдыха находился стационар. В нем Садако, посещавшая болевшего туберкулезом отца, повстречала Сиротаро Нагао – последнего больного оспой в Японии (дело было за 20 лет до злоключений Асакавы – то есть как раз в начале 70-х). Нагао изнасиловал девушку, после чего к своему удивлению заметил, что девушкой она не была вовсе: страдая болезнью под названием «тестикулярный синдром феминизации», она имела женскую внешность, но мужской генотип (а также частично – первичные половые признаки). Словно подчиняясь чужой воле, Нагао сбросил Садако в колодец, где та и встретила смерть – физическую. Однако перед этим Садако, бесплодной из-за своей особенности, удалось произвести на свет потомство: слившись с вирусом оспы, она оставила после себя новый, куда более опасный вирус, передающийся информационным путем. Силы Садако, оставшиеся в колодце, записали на видеокассету череду ее воспоминаний и образов из подсознания – но вместе с ними и смертельную инфекцию. Организм просмотревшего запись сам вырабатывал вирус, который, в свою очередь, через семь дней перекрывал доступ крови к сердцу, и носитель погибал от инфаркта миокарда.

Но ведь был способ спастись, на это четко указывал финал видеозаписи. Герои спешат к месту гибели Садако, обнаруживают в колодце ее останки и передают ее родственникам для похорон. Неделя с тех пор, как Асакава просмотрел кассету, проходит; он остается в живых, и это заставляет героев думать, что они смогли-таки выполнить предсмертное желание Садако Ямамуры.

Однако смерть все-таки приходит за Рюдзи. За минуту перед смертью он наконец понимает, что требовалось сделать – но слишком поздно. Не в силах связаться с Асакавой, он набирает номер своей возлюбленной Маи Такано – но не успевает ничего сказать, лишь издать истошный предсмертный вопль. Асакаве же он впоследствии появляется как призрак, направляя того к книге по вирусологии, где герой видит ключевое слово в этой загадке – «размножение». Вирус должен размножаться – поэтому, чтобы выжить, зараженному нужно было записать копию и показать ее другому – что Асакава и сделал. Асакава решает спасти жену с дочкой ценой жизней тестя и тещи и отправляется к ним с проклятой кассетой, размышляя над апокалиптической перспективой распространения вируса по всему миру.

На такой безрадостной ноте и завершается книга. Судзуки намешал в нее все подряд: и мистику, и науку, и детектив, и хоррор; несмотря на то, что местами автор заметно перегибает палку (гермафродитизм Садако – зачем?), читается она запоем. Большой популярности при выходе она не имела, но со временем благодаря рекомендациям из уст в уста ее продажи достигли достаточного уровня, чтобы заставить призадуматься о сиквеле. Самого Судзуки в оригинале не устраивало одно – нехватка научного объяснения семидневному промежутку между заражением и гибелью. Поэтому продолжение «Кольца», «Спираль» (Rasen, 1995), оказалось практически полностью посвящено медицине.

Протагонист, Мицуо Андо, – патологоанатом, которому выпадает заниматься вскрытием трупа своего бывшего приятеля, Рюдзи Такаямы. К своему удивлению, он обнаружил в теле Такаямы обрывок газеты с шестью цифрами на нем – 178136. Шифр! Андо сопоставил цифры с буквами английского алфавита. 17, 8, 13, 6. «RING».

Заинтересовавшись погибшими от схожих симптомов (закупорка коронарной артерии), Андо обнаруживает, что таких случаев за достаточно короткое время целых шесть. Из них четыре – одновременно скончавшиеся подростки, а оставшиеся двое – жена и дочь Кадзуюки Асакавы, умершие в назначенный срок, несмотря на все того старания. Сам же Асакава Андо не подмога – он лежит в коме с тех пор, как лишился семьи. Среди его вещей Андо обнаруживает дискету с полным отчетом о том, что с ним произошло. Отчет называется «RING».

Тем временем Маи Такано находит среди вещей Рюдзи пленку, просматривает ее – и бесследно пропадает. Ученые же, проанализировав ДНК Рюдзи Такаямы, обнаруживают в нем постоянно повторяющуюся последовательность нуклеотидов – еще одна головоломка! Изрядно поломав голову, Андо расшифровывает ее, получая слово «мутация». Попутно он читает отчет Асакавы – то есть, по сути, книгу Судзуки «Кольцо» вместе с описанием злополучной видеозаписи. А ведь в ней все образы, символы и сцены переданы очень подробно – Андо словно посмотрел кассету вместе с Асакавой. Ученые же продолжают исследовать вирус, убивший Рюдзи, и обнаруживают, что он имеет форму кольца. «RING».


«Некоторые извивающиеся экземпляры походили на головастиков, другие имели форму подковы, но подавляющее большинство выглядело как слегка разомкнутое кольцо. Обычное кольцо, которое надевают на палец».

 

Спустя месяц находится труп Маи Такано – девушка умерла от переохлаждения в похожей на колодец вентиляционной шахте на крыше офисного здания, предварительно родив в таком необычном месте. Андо недоумевает – незадолго до смерти она не выглядела беременной, а рядом с ее трупом ребенка не было обнаружено. Еще больше его озадачивает появление в квартире Маи другой женщины, с которой он впоследствии сталкивается несколько раз – и влюбляется. Лишь получив в руки фотографию Садако Ямамуры, Андо понимает, что она и есть его новая любовница. Ее генный код был записан в RING-вирус, который проник в Маи Такано во время овуляции, оплодотворил ее и подчинил воле Садако. Та выбрала укромное место, родилась, затем за семь дней достигла своего взрослого облика. Перерождение сделало ее фертильной, но и связь с вирусом не прошла даром: Садако стремится размножаться. Размножать себя. Частичка ее уже в Андо: он прочел «RING» и таким образом заразился вирусом, мутировавшим, перешедшим в новую форму. Андо бессилен помешать планам Садако, но она идет дальше и делает его своим союзником, предлагая ему возродить погибшего сына таким же способом, как возродилась она сама. Андо, понимая, что обрекает человечество на гибель, соглашается.

И первым, что делает Садако, становится воскрешение Рюдзи Такаямы. Именно он, оказывается, все спланировал заранее: вступив в сговор с Садако перед своей смертью, он манипулировал и Маи Такано, и самим Андо, чтобы сделать возможным возвращение к жизни Садако Ямамуры. «RING»-роман с закодированным вирусом издается миллионными тиражами, по нему снимают фильм, где Садако играет саму себя; вирус распространяется по миру, порождая все больше и больше копий чудного двуполого существа. Рюдзи Такаяма осуществляет свою давнюю мечту – он наблюдает за апокалипсисом.

«Спираль» – произведение гораздо более уверенное, чем «Кольцо»: Судзуки не дает читателю ни секунды на отдых, ведя параллельно несколько сюжетных линий и мастерски закручивая их в конце. Псевдонаучные обоснования существования и видоизменения RING-вируса (во многом напоминающие спекуляции Хидеаки Сены о митохондриях в романе Parasite Eve, вышедшем в том же году) подкрепляются достаточно здравыми рассуждениями персонажей о сути вирусов как таковой, о передаче информации и о человечестве в целом. «Спираль» – отличный сиквел во всем, кроме очевидного реткона: Рюдзи превратился из настоящего товарища, перед гибелью думающего о том, как бы выручить Асакаву, в этакого злобного гения, который использовал всех вокруг и даже собственную смерть, чтобы полюбоваться на апокалипсис. Увы, этот реткон был не последним – Рюдзи было суждено поменяться еще раз.

«Пожалуйста, не останавливайтесь на середине цикла, иначе до вас не дойдет посыл, который я хочу передать – о надежде и храбрости, – говорит Судзуки. – Вы должны знать, что концовка не страшная. Тучи рассеиваются, и с будущем все в порядке».

Тем самым автор убивает все достигнутое в первых двух книгах. Судзуки в «Спирали» подвел человечество к неизбежной гибели – настолько неизбежной, что желание все поменять ради идеи «надежды и храбрости» заставило его в триквеле «Кольца» выдумать хэппиенду совсем уж натянутое оправдание. Складывается ощущение, что позитив на автора напал слишком поздно.

Вот и начинается «Петля» (Loop, 1998) как-то странно: мир гибнет от вируса рака (sic!). И люди, и животные, и даже растения – все подвержено какой-то новой разновидности заболевания, от которой нет спасения. Мы следим за похождениями молодого человека по имени Каору Футами: он встречает женщину по имени Рейко, между ними вспыхивает любовь, но рождения их ребенка Каору не дожидается – он отправляется в США, чтобы разузнать про проект «Петля». Оказывается, все события первых двух книг происходили в виртуальной реальности, созданной в рамках проекта «Петля» на сотнях суперкомпьютеров. Целью эксперимента была симуляция эволюции – от микроорганизмов до современного мира. И все шло ровно, пока не появилась погрешность, вирус по имени Садако Ямамура. Она заполонила собой мир «Петли», вытеснив оттуда все прочие формы жизни (интересно, читали ли «Петлю» тогда еще братья Вачовски?), но на этом все не закончилось.

Оказывается, Рюдзи Такаяма вовсе не умер, крича от ужаса во время разговора с Маи Такано, и не планировал он в это время, как направить Мицуо Андо в путь за RING-вирусом. Оказывается, Такаяма прямо перед гибелью пересмотрел проклятую кассету, обратил внимание на последовательность цифр на игральных костях в одном из ее сегментов, набрал этот номер на телефоне и дозвонился в реальный мир (sic!). И операторы «Петли» выполнили просьбу Рюдзи возродить его в реальности – они скопировали его ДНК и вырастили на его основе мальчика – без памяти самого Такаямы, правда. Клона они назвали Каору, и с его пришествием в реальность туда же просочился и RING-вирус, мутировавший еще дальше и принявшийся убивать реальный мир.

Каору, в чьем теле спрятан ключ к созданию лекарства от губительного вируса, соглашается пожертвовать собой ради человечества (и своего потомства): он перестает существовать физически, а его сознание переносится в «Петлю» – во второй раз рождающегося Рюдзи Такаяму, который на сей раз вместо предзнаменования конца света говорит Андо «с миром будет все в порядке».

Насколько «Кольцо» и особенно «Спираль» были увлекательны, настолько же «Петля» пуста. Развитие сюжета появляется лишь ближе к финалу, и, право слово, лучше бы оно не появлялось вовсе! Сложно представить себе здравомыслящего человека, который не хлопнул бы себя по лбу ладонью на словах «из «Петли» открылся доступ в реальный мир». Не менее сложно – вообразить, что мог думать автор, ставя настолько жирный крест на двух своих лучших работах.

Последнюю книгу цикла, «День рождения», Судзуки написал уже на волне популярности экранизаций. Она – не более чем довесок к основной трилогии, включающий в себя три рассказа: «Гроб в небе» повествует о последних днях Маи Такано, «Лимонное сердце» – о юности Садако, ее попытках стать актрисой и первой любви, а «День рождения» – о судьбе Рейко, любовницы Каору Футами, и рождении их сына. Хоррорные нотки прослеживаются лишь во втором – хоть они там тесно переплетены с романтикой.

ТВ

Первая экранизация «Кольца», телефильм 1995 года выпуска, известна лишь узкому кругу хардкорных фанатов цикла. Впрочем, ужасная режиссура и бесталанные актеры сделали эту картину настолько неудобоваримой, что даже самые упертые фанаты предпочитают обходить ее стороной. Вскоре после показа по ТВ на видео вышла «Полная версия» (яп. Kanzenban) фильма, в которую вошел ряд настолько откровенных сцен, что некоторые места пришлось даже цензурить, словно порно. При том, что по большей части Kanzenban старался следовать сюжету книги (например, проклятую видеозапись режиссер в силу своих способностей воспроизводил в точности), местами там начинается такая чушь, что глаза на лоб лезут. Авторы зачем-то заставили Садако переспать с отцом, и в финале, когда злодейка приходит за Рюдзи, у нее на руках покоится младенец – рожденный от акта инцеста, надо полагать. Стоит напомнить, что едва ли не главной особенностью Садако был гермафродитизм, не позволявший ей иметь детей.

Продолжая рассказ о телевизионных появлениях зловещей брюнетки, стоит несколько забежать вперед хронологически: в 1999-м, уже после успеха всем известного фильма Хидео Накаты, на экраны вышел телесериал Ring: Saishuushou («Последняя глава»), в котором от оригинала не осталось практически ничего. Сюжет, размазанный по тринадцати эпизодам, охватывал такое количество персонажей, что хватило бы и на две книги; на выживание просмотревшим запись отводилось 13 дней; Садако свободно являлась людям, перемещала предметы, вселялась в разных девушек и пыталась задушить кого ни попадя. Но это еще что! Видеозапись там представляла собой клип какой-то попсовой певички, в который были встроены невидимые глазу послания, а Рюдзи Такаяма оказывался мало того что буйным психопатом и убийцей, а еще и ребенком самой Садако, унаследовавшим ее желание уничтожить весь мир! В финале из клеток самоубившегося Такаямы была приготовлена вакцина, так что закончилось все сопливым хэппи-эндом.

Или нет. К «Последней главе» сняли продолжение (уже это звучит абсурдно, не правда ли?), Rasen (1999). К одноименной книге, само собой, оно имело ровно столько же отношения, сколько и Saishuushou – к оригиналу. Вирус перебрался на диск, диск отправился на телестанцию, Садако вернулась и продолжила зачем-то душить своих жертв. Единственное, за что этот сериал до сих пор хоть кто-то вспоминает – саундтрек, написанный Деннисом Мартином, композитором The Legend of Dragoon.

Японские фильмы

А перед всем этим непотребством, в 97 году, издательство Kadokawa Shoten, владевшее правами на тогда еще дилогию книг Судзуки, решило перенести ее на большие экраны и начало одновременное производство фильмов по «Кольцу» и «Спирали». Первый был доверен сценаристу Хироси Такахаси и режиссеру Хидео Накате (эта парочка годом раньше произвела на свет ужастик «Актриса-призрак» (Joyu-rei, 1996)), а второй – Дзёдзи Ииде, сценаристу провального телефильма по мотивам «Кольца».

Тандем Такахаси-Наката с оригиналом обошелся сурово: вся научная подоплека пропала прочь, и в основе сюжета остались лишь сверхъестественные силы, коими щедрый сценарист наградил не только Сидзуко и Садако, но и самого Рюдзи Такаяму! Изменения этим не ограничились: проклятая кассета превратилась в этакую городскую легенду, о которой многие подростки знают, но считают ее лишь выдумкой. В отличие от книги, где Томоко умирала в одиночестве, в экранизации она мирно болтает с подругой практически до самой гибели (свидетельница произошедшего сходит с ума и оказывается в больнице). Асакава – больше не мужчина; очевидно, посчитав, что беспокоиться о собственном ребенке – не мужской удел, создатели фильма превратили протагониста в женщину, а заодно сделали Такаяму ее бывшим мужем. Неизвестно, получила ли новая Асакава свое имя – Рейко – от героини «Петли», или это просто совпадение. Такаяма же растерял весь свой цинизм, превратившись в серьезного и собранного ворчуна.

Под нож попала практически вся видеозапись: она сократилась всего до семи сценок и не идет ни в какое сравнение с оригиналом. Сильно сократилось и расследование: навестив на родине Сидзуко Ямамуры ее брата, Такаяма попросту ухватил его за руку – и тут же вместе с Асакавой своими глазами увидел нужный им флешбек. Муж Сидзуко, профессор Икума, устраивал публичный показ ее ясновидения – но только созванные репортеры закричали «обман!», как внезапно один из них скончался на месте. Виновница? Маленькая Садако.

Поняв, кто создал смертоносную видеозапись, бывшие супруги отправляются к единственному месту, где звонил телефон после просмотра кассеты, обнаруживают колодец, а в нем – тело Садако. Это совместное испытание заставляет их сплотиться – но на следующее же утро Рюдзи умирает.

И как! Пожалуй, одной этой сцене Ringu (так стали называть этот фильм, чтобы отличить его от последовавшего ремейка) обязан всей своей популярностью: отказавшись от предложенного Судзуки варианта (Такаяма видит в зеркале на много десятилетий постаревшего себя), Такахаси и Наката придумали решение, которое иначе как гениальным и не назовешь. Они решили развить «техно-хоррорное» направление, прослеживающееся в романе: если человек получает проклятие с экрана телевизора, почему бы ему и смерть свою не встретить схожим образом? «Ящик» включается сам собой, на нем – изображение колодца, последний кадр зловещей пленки. Садако выползает из колодца, двигаясь дергано, неестественно (для исполнения этой роли пригласили актрису театра кабуки), приближается к «камере» – и выползает из телеэкрана в реальность, пугая насмерть Такаяму своим чудовищным глазом. Зритель, обманутый ложной кульминацией с находкой трупа Садако, был бы и так впечатлен неожиданной гибелью Рюдзи – но именно эта находка с телевизором сделала Ringu главным ужастиком Японии. Ведь то, что стоит в доме у каждого японца, то, от чего они меньше всего ждут зла, в фильме стало вратами в этот мир чего-то потустороннего. Сам же образ Садако в картине (она ни разу не показывает лица!) напоминает классических для японской мифологии юрэй – призраков людей, погибших насильственной смертью.


Тот самый кадр, что перепугал миллионы посмотревших Ringu. Глаз, кстати, принадлежит мужчине.

 

Впрочем, за исключением великолепно поставленного финала, Ringu особенно хвалить не за что: актерская игра напоминает о фильмах категории «В», а повествование сильно портят телепатические способности Рюдзи.

Кодзи Судзуки был недоволен сменой пола Асакавы в фильме. Он хотел, чтобы история отражала его отеческую любовь к дочерям и надеялся, что авторы американского ремейка сделают протагониста мужчиной – на Западе, дескать, мужику не стыдно беспокоиться за своих детей. «Например, Арнольд Шварценеггер в Commando сражается за свою дочь», – шутит Судзуки.


По иронии, последний кадр фильма был вдохновлен именно «Терминатором».

 

При создании «Спирали» (Rasen, 1998) Дзёдзи Ииде, сценаристу и режиссеру в одном лице, пришлось учесть все изменения, что постигли историю в Ringu, но общая сюжетная линия сиквела все равно была построена на медицине и вирусах, а не на проклятии (что привело к появлению гигантской сюжетной дыры: если не было никакого Нагао, то Садако негде было подхватить оспу и, соответственно, не было бы ни RING-вируса, ни вообще всего, что происходит в сиквеле). Иида тоже вновь позволил себе вольности с сюжетом книги, но на сей раз они были выдержаны в духе произведения Судзуки. Так, в фильме Андо сам смотрит проклятую видеокассету, но не заражается, в то время как коллега Асакавы, обнаруживший ее записки о событиях «Кольца», умирает от удушья – вирус-то мутирует. Зато Андо спит с Маи Такано, оплодотворяя ее частичкой Садако, что осталась в нем от просмотра пленки – и таким образом позволяет злодейке перевоплотиться. Концовка фильма выполнена изящно: после того, как Андо предает человечество ради воскрешения сына, он спрашивает Такаяму, не желает ли тот таким же образом вернуть к жизни своего отпрыска. «Я не настолько жесток, чтобы приводить его в этот мир», – отвечает Такаяма.

Из «Спирали» вышел неоднозначный фильм: для простого зрителя смена мистической линии на псевдонаучную и более затянутое повествование сделали картину неудобоваримой. Для любителей книги, однако, в нем найдется ряд любопытных моментов.

Впрочем, факт оставался фактом: один фильм стал суперхитом, другой– нет. Господин Кадокава, президент издательства, повелел снять сиквел «Кольца», игнорируя существование «Спирали». Кадокава объявил конкурс на лучший сценария для Ringu 2, рассчитывая, что профессиональные авторы смогут придумать по-настоящему интересные сюжеты, но из четырех сотен присланных работ ни одна не сгодилась в качестве киносценария. Четыре лучших истории Kadokawa Shoten включила в книжку-сборник Motto Kowai Yottsu no Hanashi, а для работы над фильмом вновь был приглашен Хироси Такахаси. Хочется надеяться, что ему хоть немного стыдно за результат собственных трудов.


Любопытный факт: Хироси Такахаси не считает Хидео Накату хорошим режиссером хорроров. Мне кажется, они друг друга стоят.

 

В Ringu 2 (1999) Маи Такано разыскивает пропавшую Асакаву и выясняет, что ее сын Ёити лишился дара речи – прямо как и лежащая в психушке подруга умершей в начале первой части Томоко. Асакава глупейшим образом попадает под грузовик, а у Ёити появляются паранормальные способности а-ля Садако.

Желая спасти сынишку, Маи едет с ним на родину Садако, где лечивший подружку Томоко доктор решает провести экзорцистскую процедуру. Облепив девушку и мальчика электродами, он приказывает Ёити сконцентрировать на Маи всю ненависть с тем, чтобы попавшая в отрока злоба Садако растворилась в близлежащем бассейне (sic!). В процессе все присутствующие, будучи, очевидно, одержимыми, в этом самом бассейне топятся.

Маи и Ёити оказываются в колодце, где Такаяма внушает им уверенность в себе; они ползут наверх, а за ними – Садако. Догнав перепуганную парочку, она задает вопрос «Почему только вы выбрались наружу?» и падает вниз. Живые и здоровые Маи и Ёити выходят из бассейна. Конец.

Ringu 2 – чудовищный парад бессмыслицы и безвкусицы. Неудивительно, что Кодзи Судзуки остался очень недовольным тем, как тут обошлись с его детищем – в этом фильме сложно найти хоть что-то хорошее, хоть что-то оправдывающее его существование.

Основой для последнего из японских фильмов про Садако Ямамуру стал рассказ «Лимонное сердце». Для «Дня рождения» (Ringu 0: Birthday, 2000) Такахаси выдумал еще один нежданный сюжетный ход – разделение Садако надвое. То есть, в один не очень прекрасный вечер из одной девочки внезапно стало двое. Первая была тихой и милой, а вторая являла собой воплощение потустороннего зла, порожденного силами Эн но Одзуну. Отец Садако, профессор Икума, решил избавить мир от напасти и, заточил дьявольское отродье в изолированной комнате, пичкая средствами для подавления физического роста. Десять лет спустя «нормальная» Садако поступает в театральную труппу. Ее желаниям стать актрисой мешают как ее собственные силы, которые она не в состоянии контролировать, так и проделки ее злого двойника: несмотря на физическую удаленность, противная малявка словно преследует героиню, не давая ей покоя и словно исподтишка убивая людей вокруг нее. Вся труппа оказывается проклятой: все они видят во снах колодец (в который Садако, в общем-то, только предстоит упасть). Единственный, кто не сторонится нелюдимой и странной девушки – звукорежиссер Тояма; между ними возникает взаимная любовь.

Все портит журналистка Миядзи, желающая отомстить Садако за гибель своего жениха (он был одним из зрителей, обвинивших Сидзуко Ямамуру в жульничестве на демонстрации ее сил и погибших от проклятия Садако). Во время спектакля (привет кинговской «Кэрри») Миядзи ставит звукозапись того самого инцидента, что унес жизни репортеров – и ее план срабатывает. Садако в истерике, ее силы убивают доктора, спешащего ей помочь, зал мигом пустеет, а труппа линчует девушку. Миядзи руководит дальнейшими действиями актеров: они едут за второй Садако – захватив на свою голову тело первой, которое по приближению к дому таинственным образом приходит к жизни. Из последних сил Садако умоляет Тояму бежать от нее куда подальше, но тот не слушает – и после того, как две половинки объединяются, гибнет вместе со всеми остальными. Отчаявшийся Профессор Икума скидывает дочь в колодец, и в последние мгновения она думает о Тояме.

«День рождения» – пожалуй, лучший из японских фильмов по мотивам произведений Судзуки (быть может, смена режиссера сыграла на руку картине?). Сценарная отсебятина здесь пошла на пользу драматичности, которую, в свою очередь, подкрепляет неплохая актерская игра – особой похвалы заслуживает робкая Садако в исполнении Юкиэ Накамы. Есть в фильме и ряд хоррорных сцен: сцена гибели Миядзи лишь немногим уступает кончине Такаямы из первой части фильма.

 

Игры

По мотивам «Кольца» вышло две игры – весьма гаденькие, как и можно было ожидать. Первая – Ring Infinity (2000), визуальная новелла для WonderSwan. Герой – обычный школьник, волею судеб посмотревший проклятую видеокассету. Игроку нужно время от времени принимать за него решения, чтобы повествование продолжилось, и незадачливый протагонист не пал жертвой тяжелого взгляда Садако.

Вторая игра, The Ring: Terror’s Realm (2000) для Dreamcast, была даже официально издана в США! Правда, она оказалась там никому не нужна: до римейка Ringu и бума популярности франшизы оставалась еще пара лет, а сама по себе Terror’s Realm была ужасно, катастрофически плохой – многие поклонники Dreamcast называют ее худшей игрой для консоли. Проклятье Садако здесь приняло форму видеоигры, попробовавшие которую умирают через семь дней. Мег, девушка погибшего подобным образом разработчика, пытается разобраться в созданной им программе «RING», которая оказывается симулятором виртуальной реальности. Большую часть времени Мег проводит в игре за отстрелом одинаковых и скучных монстров, а в конце разбирается с Садако, превращающейся в стаю ворон. Прибавьте к этому ужасное качество графики и заставок, совершенно неадекватную локализацию, невыносимое управление и безудержно плохой геймдизайн – и перед вами претендент на звание самой жалкой потуги сделать хоррор-игру за всю историю индустрии.

 

Манга

Было бы странно, если бы столь успешные фильмы не были адаптированы в популярном в Японии манга-формате. Благодаря успеху ремейка на Западе все пять манга-релизов были впоследствии переведены на английский и изданы в США компанией Dark Horse Comics.

Первой части бумажного цикла сильно не повезло с иллюстратором: без зазрения совести манга-версию «Кольца» можно назвать уродливой. С сюжетной точки зрения она – тоже не пойми что: следуя в основном фильму (Томоко с подружкой, Асакава – бывшая жена Такаямы, видеозапись крайне коротка, двоюродный брат Сидзуко рассказывает о прошлых событиях, пусть и без телепатии Рюдзи), она неожиданно переключается на извращенную версию книжных событий (Нагао по просьбе профессора Икумы (!) убил Садако – ни слова о гермафродитизме или оспе). Самое странное здесь, пожалуй, – внешность Рюдзи Такаямы: он ни капли не похож на игравшего его в фильме Хироюки Санаду и выглядит как самый настоящий подросток.

The Ring 2 – казалось бы, прямое продолжение первого комикса – с первой же страницы показывает, что игнорирует отсебятину предшественника и следует сюжету второго фильма (который – та еще дрянь). А чтобы у читателей сложилось ощущение целостности сюжета, первые 45 страниц здесь отведены под пересказ оригинальной картины. Иллюстрировал эту мангу художник Meimu, геймерам известный как дизайнер персонажей первого Star Ocean. Для хоррора, надо отметить, его стиль все-таки слишком анимешный.

А дальше пошла катавасия: по «Дню рождения» вышло две разные манги, причем обе – от Meimu. В американском издании одна называется The Ring 0: Birthday, а другая – просто Birthday; из названий несложно догадаться, что первая – прямое переложение одноименной кинокартины на бумагу, а вторая – иллюстрированные рассказы из одноименной книги Судзуки. Что любопытно, в мангу Birthday попали только «Гроб в небе» и «Лимонное сердце», а вместо «Дня рождения» там находится глава «Садако», в которую скомпонованы эпизоды из разных частей цикла: Сидзуко достает с океанского дна статую Эн но Одзуну; Сидзуко обвиняют в мошенничества; Садако влюбляется в Тояму; Нагао обнаруживает ее гермафродитизм и скидывает в колодец. Учитывая, что манга-версии «Кольца»-книги так и не вышло, это запоздалое возвращение к истокам выглядит по меньшей мере странным.

Особняком, как всегда, стоит «Спираль». Четкие линии, минимум теней и незначительных деталей, практически полное отсутствие задних фонов – рисунок нового художника, Сакуры Мидзуки, словно вторит строгой, напряженной атмосфере «Спирали». Лучшая книга Судзуки получила лучшую манга-адаптацию.

 

Американские фильмы

Японский бум «Кольца» не могли не заметить на Западе, где в то время как раз начиналась мода на поп-культуру Страны восходящего солнца. Когда главы DreamWorks лично посмотрели фильм, они мигом приняли решение о необходимости производства ремейка. При выборе режиссера они почему-то остановились на Горе Вербински, снявшем ранее для DreamWorks… слэпстик-комедию Mousehunt. Но не прогадали.

Вербински подошел к производству ремейка Ringu со всей ответственностью. Японскому оригиналу было отдано почтение: многие сцены перекочевали оттуда практически без изменений (роман Судзуки режиссер игнорировал: он, в конце концов, снимал не его экранизацию). Тем не менее, Вербински позаботился не только о том, как адаптировать все важнейшие элементы фильма под американские реалии, но и о смысловой нагрузке ленты. В Ringu на личность Садако не было пролито ни лучика света; The Ring (американский ремейк приобрел артикль в названии) – наоборот, постарался как можно больше рассказать про виновницу многочисленных смертей: из взрослой девушки она превратилась в совсем еще ребенка, желающего быть услышанным, и кассета стала ее рупором. Проклятая видеозапись заметно удлинилась по сравнению с Ringu и включила в себя многие сцены из жизни Самары Морган – так в ремейке назвали девочку.


Роль отца Самары исполнил Брайан Кокс, сыгравший в далеких 80-х Ганнибала Лектера.

 

Действие The Ring (2002) перекинулось в окруженный лесами дождливый Сиэтл. Журналистка Рэйчел Келлер расследует смерть племянницы, находит видеокассету и смотрит ее. Раздающийся телефонный звонок зловещим шепотом оповещает: «семь дней». Половина срока у Рэйчел уходит на то, чтобы убедить бывшего мужа помочь ей в беде и найти в записи хоть какие-то зацепки. Они приводят ее к ранчо семьи Морганов, на котором в прошлом творились странные вещи: сперва лошади бросались в море, затем с собой покончила хозяйка поместья. Навестив ее вдовца, Рэйчел не получает ответов – заслышав о таинственной кассете, старик Морган прогоняет журналистку прочь и убивает себя – лишь бы его приемная дочь больше ничего ему не шептала. Подсказку дает выжженный маленькой Самарой на стене рисунок, направляющий героев к месту ее гибели и позволяющий вызволить ее из колодца. Осознать глубину ошибки Рэйчел позволяет ее сын, Эйдан, также посмотревший кассету и рассказывавший после того про говорящую с ним девочку с длинными волосами: «Зачем вы ей помогли?». Фильм заканчивается на такой же вопросительной ноте, как и оригинал: после смерти мужа Рэйчел заставляет Эйдана сделать копию кассеты, а проницательный и не по годам циничный мальчик задает резонный вопрос: «А что дальше-то?»


Из финальной версии The Ring полностью пропала сюжетная арка с серийным убийцей, которого играл Крис Купер («Красота по-американски», «Адаптация»). Именно ему Рэйчел в одной из версий концовки приносила сделанную сыном копию кассеты. Единственное, что напоминает о нем – вот эта газетная полоса.

Еще один не вошедший в фильм эпизод: герои обнаруживают тело хозяина гостиницы, также просмотревшего пленку. Перед смертью он в панике пытался спастись на лодке – не удалось.

The Ring – фильм тысячи мелочей, заметить и оценить которые можно лишь при повторных просмотрах, однако первое впечатление тоже должно быть сильным: на атмосферу работают и тусклые тона, в которых выдержана вся лента, и беспрерывно льющий дождь, и музыка Ганса Циммера, и великолепная актерская игра. Впечатляющий бюджет (в 40 раз больше, чем у Ringu!) позволил создателям картины не скупиться ни на спецэффекты, ни на актеров: главную роль здесь исполняет блистательная Наоми Уоттс, ранее отметившаяся у Дэвида Линча в «Малхолланд Драйв».


Скудная палитра цветов в The Ring была вдохновлена работами художника Эндрю Уайета.

Создатели фильма специально ставили освещение таким образом, чтобы персонажи практически никогда не отбрасывали теней.

И The Ring стал хитом: американцы, привыкшие в качестве хорроров видеть слэшер-фильмы про маньяков, были приятно удивлены гораздо более изящным и работающим на саспенс «Кольцом». Высоко оценил фильм и Кодзи Судзуки, отметив, что Самара гораздо ближе к Садако из его книг, чем антагонистка произведений Хидео Накаты. Многие критики, правда, придрались к сыну Рэйчел и его связи с умершей девочкой – слишком уж это напоминало нашумевшее «Шестое чувство».


На церемонии награждения MTV Movie Awards 2003 Дэвей Чейз получила за роль Самары Морган награду «лучшего злодея». Прекрасно зная, как лучше всего передать привет фанатам, она прошептала в микрофон фразу из трейлера, не попавшую в фильм: «Everyone will suffer».

Вербински не хотел видеть продолжения своего фильма: «Для меня суть The Ring – в незавершенности. Это сложно для восприятия западной аудитории, но именно это мне и нравится». Довольный своей работой, он, однако, отказался продолжать работать на этой стезе – дескать, слишком уж тягостно. И отправился снимать «Пиратов Карибского моря».

И с сиквелом у DreamWorks сразу же не заладилось. Актеры на участие в съемках второго фильма дали добро, но с режиссером вышла беда: приглашенный поначалу Ноам Мурро (снимавший до этого по большей части рекламу) разругался со студией и покинул проект, Ричард Келли (автор и режиссер «Донни Дарко», в котором, по совпадению, тоже играла Дэвей Чейз) отказался, и в итоге кресло занял сам Хидео Наката. И, как и в случае со второй частью Ringu, наломал дров.

В качестве связующего элемента между двумя американскими фильмами Dreamworks сняла короткометражку Rings, финальные кадры которой напрямую предваряют начало The Ring Two. Проклятая видеозапись распространяется, и среди охочих до экстрима подростков формируются кружки (англ. rings) по интересу – они смотрят кассету по очереди, передавая ее следующему до того, как истечет неделя, и документируют все, что с ними за эти семь дней происходит. Герой ленты, впрочем, оказывается без спасителя, готового просмотреть запись, и, борясь с пугающими видениями, судорожно ищет ему замену. Продолжительность Rings – всего 16 минут, и они гораздо интереснее и насыщеннее, чем почти два часа The Ring Two.

Сюжет The Ring Two (2005) нехитер: Самара, признав в Рэйчел заботливую маму, вселяется в Эйдена, убивает разных мешающихся людей и готовится жить семейной жизнью. Рэйчел против: она находит настоящую мать Самары в психлечебнице; та рекомендует детоубийство – сама, дескать, пыталась утопить свою дочку сразу же после родов, но не вышло. Героиня, скрепив сердце, потчует Эйдана-Самару снотворным и топит в ванной… Но не до конца, а лишь чтобы дух злобной девочки покинул тело сынишки, которого она тут же откачивает. Самара не сдается – она затягивает Рэйчел в телевизор! Там героиня обнаруживает себя на дне колодца; когда она ползет по его стене наружу, за «мамочкой» следует и Самара. Завершение кульминации: Рэйчел, выбравшаяся наружу первой, задвигает крышку колодца с воплем «I’m not your fucking mommy!». Развязка: совершив самоубийство в черно-белом мире Самары-в-телевизоре, Рэйчел оказывается живой и здоровой дома с не менее живым и здоровым отпрыском.

Провал и катастрофа. В сиквеле от первого The Ring не осталось практически ничего – лишь хорошая актриса Наоми Уоттс да несколько более-менее атмосферных моментов. Остальное кажется каким-то фарсом – от бешеных CG-оленей (причем тут олени?!) до невыносимо натянутого слащавого хэппи-энда – при том, что фильм так усердно намекал на то, что хотя бы одним из героев придется пожертвовать! Несмотря на коммерческий успех (несравнимый, впрочем, с результатами первой части), The Ring Two не нашел отклика у аудитории.

Голливудская машина, увы, не знает, когда остановиться: слухи о третьей части потянулись сразу же после выхода второй. Десять лет Голливуд не мог определиться, что с третьим фильмом делать дальше, но сейчас уже известно, что он станет… ремейком короткометражки Rings. И даже называться будет так же. В общем, есть основания бояться, что это будет типичный «молодежный» хоррор. После нескольких переносов дат релиза студия остановилась на октябре этого года – если он будет показываться у нас (в чем я почти уверен), то с меня отзыв в блоге.

_________________________________________

В Японии тем временем творится типичный для Японии ад. В 2010-м Судзуки выпустил книгу под названием S, герой которой – выросший сын Андо по имени Таканори. Ему достается флешка с видео с суицидом, которое постепенно изо дня в день меняется (ну, понятно, что к чему). Видео смотрит и Акане, беременная жена Андо. А потом выясняется, что человек в видео – это вездесущий Такаяма, который воскрес, начал протовостоять Садако, родил от зараженной Садако женщины дочку Акане и самоубился еще раз для того, чтобы передать Таканори Андо послание. Судзуки, прекрати, пожалуйста.

But wait, there’s more! По этой книге сняли еще один фильм, Sadako 3D! А к нему – еще один сиквел, Sadako 3D 2! А сейчас снимают еще и Sadako vs Kayako, в котором Садако выступит против своего аналога из «Проклятья». Извините меня, но я больше не могу следить за этим непрерывным кошмаром. И вам не советую. Извините, я смотрю это все на стримах и вам сам показываю. Скоро тут будет список всех записей.

 

tl;dr: мои рекомендации – если вам вообще интересна тема, то стоит посмотреть американский фильм The Ring (опционально – короткометражку Rings), затем японские Ringu и Ringu 0: Birthday, потом передохнуть, абстрагироваться от мистики и прочесть книги «Кольцо» и «Спираль» (вместе с последней можно проглотить и одноименную мангу). Об остальном, увы, лучше прочесть здесь – а то и вовсе не узнавать, чтобы не расстраиваться лишний раз.

  • BOLT

    и этот человек говорил мне, что азиатские фильмы не смотрит вообще никогда

    • Sergey Tsilyurik

      пришлось первоисточники смотреть. новые сейчас я уже точно не осилю

  • Павел Ручкин

    Первые две книжки и американский фильм отлично зашли в своё время. Японские вот никогда не впечатляли, включая культовый уже Ringu. Третья книжка была просто унылой. А второй американский фильм это пиздец. С остальным не знаком и желания знакомиться особо не возникает.

    • Sergey Tsilyurik

      все верно сделал

  • Nicolay Garkusha

    Один из самых крутых текстов, которые я в СИ читал. После него в тот же день пошёл в книжный и купил антологию со всеми четырьмя книгами. Первые две прочёл на одном дыхании, потом посмотрел Ringu (не впечатлился, увы) и закончил на этом своё знакомство со вселенной. Наверное, надо будет ещё пересмотреть The Ring, а то я его смотрел ещё когда он в прокате шёл.
    Я, собственно, к чему. Ещё после прочтения статьи в СИ хотелось сказать огромное спасибо за отличный текст. Так вот, огромное спасибо!

  • LeninKrucheVseh .

    Вот охуительный текст. Мне абсолютно пофиг на эти ваши Рингу 100500, а прочитал с интересом.

    • Ecco the Dolphin

      Поддерживаю)
      Царский лонгрид!

  • Фигаты.
    А я вот много слышал про серию, в итоге по хардкору решил обмазаться жапанским кинцом, остался дома один, сел смотреть ночью, еле дотерпел до конца эту нудятину. Не могу понять адское зло, от которого можно откупиться, тупо подставив кого-нибудь другого. Если бы оно как-нибудь лично шло — ещё туда-сюда, а просто кассету сунуть как спам — это уже как-то совсем гм. И внутренний гик сразу кучу вопросов рожает — что будет если двое отдадут кассету пересмотреть третьему, можно ли кассетами казнить приговоренных и потом кассеты сжигать, сразу десунота в голове с обложившимися старыми видаками Ягами. А книги, походу, вообще не про хоррор.
    Потом посмотрел жуон, на том и завязал с японскими хоррорами, потому что если уж культовые вещи такие, то что там тогда серостью считается. Когда нибудь посмотрю экранизации манги Ито чисто из уважения к первоисточнику и чтобы посмотреть как они всё это визуально изобразили.

    • OverNoct

      Есть такой фильм, называется Оно (It Follows). Вышел пару лет назад. Снят хуже американского «Звонка», но адское зло там ходит лично и откупиться от него гораздо сложнее.

  • Elijah Master

    Очень крутая статья!

    Посмотрел сейчас американский фильм (удивительно, как я его пропустил вообще) и для фильма 2002 года он реально круто смотрится и сейчас. Очень атомосферно снято, отличный саспенс, да и Наоми Уотс няша. Единственное, что не понравилось, так это то, что вся мистика никак не объяснена. Типа девочка с суперспособностями, которую убила приёмная мать, может проклясть тебя через просмотр видеокассеты. Literally, what? Я понимаю, что режиссёр снимал римейк японского фильма, но всё же, мне кажется, что какое-никакое псевдонаучное объяснение было бы лучше, чем «It’s magic! Ain’t gonna explain shit.»

  • Unforgiven-Nan

    Отличнейший материал, помню его еще по СИ, спасибо! Под его влиянием взялся за книгу, но как-то она не очень зашла, может, попробую еще раз.

    Вот любопытно, а выступил ли Рингу (в первую очередь американская экранизация) в качестве катализатора популярности такого хоррорного архетипа, как злая девочка/девушка-призрак (при этом иронично, что Садако не совсем девушка была)? Интересна еще и природа этой популярности, потому что подобных антагонистов, но мальчиков/юношей, вспомнить решительно сложно, а вот разных Садак завались. Люди больше боятся женщин?

  • desecration

    Тогда уж и косплей выкладывай :)

  • Victorique de Blois

    Вот люблю такие тексты, когда после прочтения хочется с сабжем познакомится. Возьму романы на заметку.

  • KeSTLeR

    Годнота, спасибо, что бережешь наше время от изучения всего контента по вселенной самостоятельно. Ибо я вот думал, что вся серия годная в японском варианте.

  • Sergey Krylov

    Годно! Никогда не смотрел/не читал the ring и даже не знал о чём это всё.